Бабушка на киноэкране – такое же устойчивое амплуа, как непослушный вихрастый ребёнок или герой-любовник. Режиссёры знали: нужна бабушка – тут же выстроится шеренга самых разных: добрых и не очень, заботливых и сварливых, симпатичных.
Но вот что удивительно: далеко не всем актрисам, воплотившим эти образы (таким как Вера Кузнецова, Ирина Мурзаева, Татьяна Пельтцер, Мария Скворцова, Галина Стаханова), удавалось делиться собственными переживаниями. Им часто было не с кем, да и некогда. Ведь уже пора в кадр – разливать чай, печь пирожки и вязать носки. Что поделать, такая роль. Но какими же были эти женщины в реальной жизни, когда выключались камеры?
Татьяна Пельтцер: Бабушка-супергерой с железным характером
“Во мне погибла Великая актриса!” – якобы говорила Татьяна Ивановна Пельтцер. Но какое там погибла – у Пельтцер уже за полсотни ролей на экране, столько же в театре. Словом, самая узнаваемая бабушка советского кино точно не имеет поводов обижаться на судьбу. Всесоюзная слава свалилась на Татьяну Пельтцер аккурат к юбилею, в образе бойкой и хитрой старушки из “Свадьбы с приданым”. С тех пор выигрышные картины и роли шли в руки бесперебойно. “Если было бы звание Заслуженной бабушка Советского Союза, то конечно оно было бы у Татьяны Пельтцер”.
А в жизни ничего не менялось – бабушкой Татьяна Ивановна так и не стала. Когда-то в её жизни хватало прекрасных порывов: вышла замуж за немца и уехала на чужбину, заскучала – сбежала. Потом, говорят, было ещё несколько любовных приключений. Но к годам сорока Пельтцер наконец поставила на личной жизни крест. Ладно, не будет у неё ни семьи, ни детей, и внуков качать на коленях тоже уже не суждено. Что же остаётся? Всё, что происходит на сцене и экране, а также за кулисами и за пределами съёмочных площадок – тоже карьера. Только совсем не та, о которой мечтала. И она решила: если уж играть бабушек, то бабушек-супергероев.
На съёмках детской комедии “Приключения жёлтого чемоданчика” от пожилой героини требовалось неслыханное – бегать, прыгать через забор, забираться на крышу по водосточной трубе. Режиссёр Илья Фрэз благоразумно вызвал каскадёра. Но Татьяна Ивановна строго велела: “Посторонние, она всё сделает сама”. Терять в общем нечего – “я покажу свой характер, железный, и на своём настою”. Режиссёры твёрдо уяснили: если в кадре нужна героиня с внешностью бабушки, а с повадками школьной оторвы – зовите Пельтцер. Следующее подобное предложение поступило, когда актрисе было уже 77. Она согласилась. Всё, что просили, она делала с удовольствием.
На съёмках комедии “Руки Вверх” Пельтцер работала на износ и уезжала поздно вечером домой, туда, где никто не ждёт. А утром, пока коллеги отсыпались, она вставала в полшестого и гуляла два часа. Её называли неуживчивой, но за этим характером пряталось вселенское одиночество. При этом действующее лицо она была яркое, ироничное, бойкое и даже отчаянное. Сравниться с ней в этом могла только Фаина Раневская.
Анастасия Зуева: Сказочница из роскошной квартиры
Классик “записал” Анастасию Зуеву в бабушки ещё в юном возрасте. Увидев её, Константин Сергеевич Станиславский едко заметил: “Ой, вот вам играть всю жизнь старух!”. И как в воду глядел – уже в 18 лет Зуева сыграла свою первую бабушку, Бабу-Ягу. Пока другие актрисы старались выглядеть на сцене как можно краше, Анастасия работала на контрасте: сложный грим, безвкусный чепчик, объёмная подушка под платьем – то, что надо. Ещё до сорока лет Зуева переиграла в родном театре чуть ли не всех характерных старух мировой литературы – вредных и добрых, глупых и мудрых.
Актёрский диапазон Анастасии Платоновны был так велик, что даже преданные зрители с трудом узнавали её в очередном перевоплощении. Но стоило персонажу заговорить – её отличал особый голос, она могла делать разные голосовые вариации, тоньше, ниже, с паузами – “то, как она говорила, это было что-то”.
Талант и голос рассказчицы особо ценили в узких кругах. В гостях у Зуевой в разное время бывали писатель Булгаков, лётчик Чкалов и даже президент Югославии Иосип Броз Тито. Анастасия Платоновна гордилась статусом звезды светских раутов, но всё же порой сетовала: “Я уже полвека на сцене, а за пределами Москвы скажи кому-нибудь фамилию Зуева – не узнают”. Выход предложил режиссёр Александр Роу, придумавший сделать её сказительницей в своих фильмах. Увидев её в “Морозко” в 70 лет, многие решили, что вот же они, самородки в русских деревнях. Едва договорив на экране последнюю фразу, Зуева заполучила статус одной из самых известных, точно самой душевной советской бабушки. Она стала как лейбл детского кинематографа. В последующие 8 лет Анастасия Платоновна распахивала резные ставни ещё четыре раза.
Вот только встретив её в реальной жизни, конечно, прошли бы мимо. Кинобабушка не изменяла себе в жизни. “Вы никогда не увидите во мне сельскую сторожку”. Она всегда либо в шляпке (а шляпок у неё было бесчисленное множество), либо в косынке из Лондона или Парижа. И никто бы не сказал, что это бабушка. Внуки у Зуевой, конечно, были, но сказок на ночь она им не читала – ни до того.
После спектакля – машина, и она поехала в гости, где-то в два часа ночи возвращается. С экранной героиней Зуеву роднило только одно: она действительно была и мудрой советчицей, и блестящей рассказчицей. А вот бабушкой нет. “Пусть хотя бы в жизни я буду не старушкой, а главной героиней”. Бабушка действительно просила её не называть бабушкой, а называть “Голи”. Она жила в роскошной квартире в самом центре столицы, принадлежала к тем великим актёрам, творческим людям, родившимся ещё до революции, с соответствующими манерами и речью.
Вера Кузнецова: Скорбь за кадром заботливой матери
Самой известной заботливой старушкой советского кино стала Вера Кузнецова. Ленинградская актриса впервые появилась на экране в фильме “Большая семья”. Верная жена, преданная мать, хлопотливая бабушка – все эти определения можно было смело отнести и к персонажу, и к самой Вере Андреевне. Она была чрезвычайно скромная, абсолютно такая же, какой мы видели её на экране. Такая бабушка, “мать всех народов”. Аккуратная, с “чисто промытой тревогой на лице”, будто слезинка замерла в уголке глаза.
На экране причины переживаний были понятны – как не переживать, если у дочки не ладится с мужем, а внук связался с плохой компанией. Но вот в жизни коллеги не сразу заметили скрытую, но горькую скорбь. Она не покидала Кузнецову и после команды “Снято!”. “Было столько печали, что нам казалось, что она что-то скрывает всё время, что-то тяжёлое, трудное”. Но опять же, всё не напоказ – она как-то молча относила своё горе, которое было у неё внутри. Какое именно горе стояло за плечами актрисы, коллеги узнали только десятилетия спустя из журнальных статей.
Любимый муж, коллега по театру Анатолий Кузнецов, скоропостижно скончался, когда Вере было 47. О новых отношениях она и не думала, сосредоточилась на детях. Старший сын стал актёром, а вот младший оказался непутёвым. Он не смог определиться в жизни, возможно, потому, что ему слишком много уделялось внимания. А когда Вера Андреевна уже почти смирилась с отсутствием у сына постоянной работы, пришла новая беда – Юрий заболел и умер в 39 лет от рака.
Уйти с головой в работу не получалось – в родном театре сменилось руководство, и новый худрук не нашёл для Кузнецовой подходящих ролей. Выход был один – кино. Правда, и там весь текст её персонажей нередко сводился к репликам типа “Кушать подано” или “Я думаю, нам не мешал бы чай”. И всё же этих коротких появлений в кадре хватило, чтобы Веру Кузнецову узнали и полюбили все советские школьники. Семидесятые стали для актрисы временем детских фильмов: “Кортик”, “Два капитана”, “Рассказы о Кешке и его друзьях”. Из неё нельзя было сделать Бабу-Ягу или вредную соседку – она всегда играла положительного героя. В конце восьмидесятых появились новые грани амплуа: Кузнецова прекрасно вписалась в тренд изображения дореволюционной знати. Графиня, княжна – кажется, в этих ролях Вера Андреевна обрела максимальное сходство с собственным характером: мудрая и сдержанная аристократка.
Читать: Долгий путь к славе великих актеров: от безымянных ролей до культовых образов
Ирина Мурзаева: Вредная на экране, деятельная в жизни
Ирине Мурзаевой, как и Валентине Владимировой, сыгравшей злую соседку в “Белом Биме…”, пришлось тяжело. Она так не любила своих вредных киностарух, что даже не смотрела фильмы со своим участием. Соседка-сплетница, склочница – едва режиссёр фильма “Сердца четырёх” увидел её среди претенденток, сразу понял: берём. Режиссёры тут же поняли, что нескладный высокий рост и хитрая ухмылка Ирины Всеволодовны просто созданы для того, чтобы играть склочниц, а длинный нос – чтобы совать его во все дела. И, разумеется, с таким арсеналом надо играть бабушек, причём вредных, и неважно, сколько на самом деле лет самой актрисе.
Мурзаева сопротивлялась снова и снова играть своенравных персонажей – было неинтересно, да и просто надоело тиражировать один и тот же образ, который ей самой был абсолютно не близок. Ведь в жизни она тихая скромница, примерная жена и добрая мама. Правда, за кадром её лучшие качества, кажется, тоже не оценили. Брак с мужем, актёром Николаем Толкачёвым, прожил недолго – что-то не заладилось. Единственный сын вырос и вылетел из гнезда, а в его новой семье помощь хлопотливой бабушки вскоре стала тяготить. Ей нечего было делать, и она приставала: “Ну дай ты мне какую-нибудь работу, ну дай, я тебе чем-нибудь помогу!”. Она была очень деятельным человеком, принуждённым обстоятельствами к бездействию. Кажется, именно это состояние роднило Ирину Мурзаеву с её персонажами: и сама актриса, и её героини хотели от жизни большего.
На съёмках фильма “Женатый холостяк” Ирина Всеволодовна как могла прибавляла своей кинобабушке сердечности. Анна Христофоровна, пенсионерка, даёт бесплатно добрые советы, свободно отдыхает – она пыталась. Но режиссёр Владимир Роговой был непреклонен: в кадре должна быть не добродушная улыбчивая старушка, а бойкая бабушка. Прыгать и бегать вместо семидесятилетней актрисы, положим, и правда мог каскадёр, но в остальном приходилось подчиняться командам режиссёра, даже если что-то не нравилось. А за пределами съёмочной площадки, если появлялись дети, они тут же бежали к бабе Ире. И у неё находилась для каждого игрушка, леденец или просто доброе слово. Всё то, что ей так нечасто удавалось подарить родному внуку. И потом маленькие артисты бесстрашно входили в кадр, в котором милейшая бабушка превращалась в резкую, сварливую старуху.
Галина Стаханова: Подъездная бабка или кормилица
Уже в Новое время взошла звезда Галины Стахановой. Непрофессиональная актриса, она пришла в искусство “с чёрного хода” – ученица гримёра, костюмер, сотрудница отдела снабжения в ГИТИСе. Вероятно, этим бы всё и ограничилось, если бы Галина не попалась на глаза поэту Евгению Евтушенко. Он снимал фильм о собственном детстве и почувствовал, что она похожа на его бабушку. Так получился фильм “Детский сад”. Стахановой здесь всего 43, но она уже знала: стать бабушкой никогда не рано. Она даже в детстве, играя в клубе после войны, в основном играла бабушек.
А вот прочувствовать, каково это – быть бабушкой, Галина тогда ещё не могла. Свою собственную бабулю актриса почти не помнит. Во время войны в эвакуации бабушка берегла каждую крошку хлеба и умерла там же. Так что бабушкиной любви Стахановой всего было маловато. Сама Галина Константиновна стала бабушкой позже, пренебрегши условностями. Единственную дочку Машу она родила в 35, одна, без мужа, и не жалеет. Маша выросла и родила внучку Лизу, так актриса Стаханова стала настоящей бабушкой. Успев к тому моменту воплотить на экране не один десяток старушек. Со стороны казалось, что она буквально родилась в этой роли.
“Подъездная бабка”, “дворовая бабка”, “одинокая бабка” – вот типичные задачи Стахановой на экране. Она не ропщет – “всякие бабушки важны”. Но больше ей нравится играть добрых бабушек, и народу больше нравятся добрые. “И каждый видит во мне свою бабушку”. Играть добрых бабушек ей так нравится, что роль бабушки в жизни актриса оставила на потом – борщи не варит, пирожки не печёт. Она стала для дочери и внучки кормилицей в другом смысле – финансовом, производя киностарушек буквально стахановски. Утром она встаёт, включает телевизор и садится за планшет играть в игрульки. “Вот такая я бабушка”.
Читать: Феномен Георгия Буркова: как стать любимцем народа, не играя Гамлета
Мария Скворцова: Тихая героиня, чья скорбь была понятна всем
В 1972 году Василий Шукшин готовился снимать “Калину красную”. Нужна была деревенская старушка, а на кастинге – сплошь столичные, яркие. Десять человек провалились, и никто Шукшину не нравился. И вот ассистент привела Скворцову. Шукшин сразу одобрил: “Она подходит лучше всего”.
В фильме фрагменты с прямой речью Марии Скворцовой – задача не из лёгких. И не потому, что её героиня молчаливая скромница, просто роль такая – неглавная, почти незаметная. Она так и жила – тихо, почти бессловесно. Её единственный сын рано умер. Осталась внучка Леночка, бабушкина любимица и отрада. Однако вскоре невестка объявила: уезжаю в Америку строить новую жизнь, Лену забираю. “Прощайте”. “Вообще в возрасте, наверное, приходить в одинокую квартиру любому человеку, самому сильному, самого интересного, наверное, тоскливо. Я бы не пожелал никому такого”.
Спасало ли от тоски кино? Кто же знает. От режиссёров отбоя не было – слишком уж точен был образ деревенской старухи. “Бабуля” должна была быть заревой в жизни этих девчонок.
Но одно дело переживать за героев добрых, и совсем другое – любить и поддерживать, даже понимая неправоту. В фильме “Экипаж” актриса Скворцова (мама Алевтины) – пожалуй, самый ненавистный зрителями образ. “Ты чего на стол крысу ставишь, убери!”. Именно неприметная героиня Скворцовой выражает в кадре неразрешимость знакомого ей семейного уравнения. Понять можно всех, помочь – да как?. Её роль маленькая, но в кадре возникает её растерянное лицо. Она не знает, что делать – с одной стороны дочь, с другой стороны зять, которого она чувствовала приличным.
Неприметные и яркие, душевные и вредные, непревзойдённые рассказчицы и не менее талантливые любительницы портить всем жизнь. Бабушки на экране, как и в жизни, бывают разные. Но всех их объединяет одно – в глубине души они добрые, ведь настоящая бабушка другой быть просто не может. А вот счастливой ли – тут уж как кому повезёт.
Читать: История Алисы Фрейндлих: актрисы вне времени и рамок
