“Человек-амфибия” – фильм, который полвека назад стал настоящей сенсацией и потряс весь киномир, от Москвы до Голливуда. Сегодня он считается недосягаемым эталоном красоты.
Но за красивой подводной сказкой о неземной любви скрывались беспрецедентные кинематографические эксперименты, реальные страсти на съемочной площадке и смертельная опасность, подстерегавшая актеров и съемочную группу буквально каждый день. Это была отчаянная авантюра и маленькая революция в мировом кинематографе.
Революция, над которой смеялись критики
Над создателями картины смеялись, предрекая им полный провал. Погрузиться с кинокамерой в морские пучины, чтобы снять художественный фильм – такого еще не делал никто.
И это киноискусство действительно требовало жертв.
Изначально грандиозные планы режиссеров Владимира Чеботарева и Геннадия Казанского включали съемки над Саргассовым морем, известным своей удивительной подводной растительностью и фауной. Однако это оказалось не по карману “Ленфильму”, и местом действия было выбрано Черное море. Это повлекло за собой новые вызовы. Черное море, бедное на флору и фауну из-за сероводорода на глубине, требовало создания сказочных декораций с нуля. Кораллы, медузы и скалы изготавливали из цветной пластмассы, а водоросли – из поролона. Чтобы добиться эффекта подводного царства, эти диковинные вещи привозили в аквариумах и погружали их то в большие бассейны, то в настоящее море.
Но даже с решенными проблемами декораций оставалась главная – в море очень темно.
Оператор Эдуард Розовский снова и снова пытался осветить глубины, но его било током, а лампы мгновенно лопались из-за высокого напряжения и давления. Решение пришло неожиданно: использовать взлетные лампы фар самолетов, которые выдерживают сильные потоки воздуха и не лопаются под водой.
Более того, ни актеры, ни операторы не знали, как работать под водой. На помощь пришли аквалангисты, которые заносили баллоны с кислородом в кадр. Ихтиандр и Гуттиэре делали вдох, ассистенты быстро убирали баллоны, и актеры задерживали дыхание на коротких планах, чтобы затем склеить их в непрерывное действие. Практически все трюки Владимир Коренев и Анастасия Вертинская выполняли сами, дублеры заменяли их лишь в самых сложных моментах.
Костюм Ихтиандра, хоть и выглядел эффектно, был тонким и совершенно не подходил для подводных съемок, актеры постоянно мерзли. После долгих экспериментов, нашли эластичный материал, похожий на капрон – “хелонг”, из которого делают женские колготки, а для эффекта рыбьей чешуи на него набивали перфорированную прозрачную операторскую пленку.
Красота, что спасла мир кино
Создатели картины искали на главные роли малоизвестных, но чрезвычайно красивых актеров, чтобы рассказать сказочную историю любви, максимально далекую от унылой советской повседневности.
Будущего Ихтиандра, первого гражданина подводной республики, нашли в ГИТИСе – им стал Владимир Коренев, который до этого ни разу не снимался в кино, а его театральный опыт был весьма скромным.
Его решающим преимуществом было то, что “от одного его вида женщины вокруг просто падали”. Режиссер Владимир Чеботарев искал молодого человека, “у которого в глазах отражалось море”.
На роль Гуттиэре утвердили 16-летнюю Анастасию Вертинскую, которая уже дебютировала в фильме Александра Птушко “Алые паруса”. Она была необыкновенно красива, очень интересовалась всем и настолько гармонично смотрелась в образе Ассоль, что ее практически без проб взяли на роль Гуттиэре. В ее глазах, по задумке режиссера, должно было “отражаться небо”.
Появление Вертинской и Коренева на съемочной площадке произвело фурор – “от этой поры никто не мог оторвать глаз”. Всем, кто видел их вместе, казалось, что они просто созданы друг для друга. Третье место в этом “любовном треугольнике” занял Михаил Козаков, игравший злодея Зуриту.
Он нисколько не уступал Кореневу в мужском обаянии и темпераменте, и был выбран как “красавец-злодей, которого боишься”.
Читать: Королева эпизода, боль и разбитая семья: как жила и уходила актриса Любовь Полищук
Смерть скрывалась в глубине
Съемки “Человека-амфибии” были невероятно опасными, и актеры не раз оказывались на волосок от гибели.
Одна из самых сложных сцен – прыжок Ихтиандра в воду, перепоясанного тяжеленными стальными цепями. Несмотря на то, что режиссеры Чеботарев и Казанский продумали каждое движение и не раз отрепетировали, после команды “Мотор!” все пошло наперекосяк.
Матрос, державший цепь, в решающий момент выпустил ее, и цепь потянула артиста ко дну. Владимир Коренев стремительно тонул на глазах всей съемочной группы. 60 метров металлической цепи, весившие несколько десятков килограммов, быстро и неумолимо тянули его на 40-метровую глубину. Оператор Эдуард Розовский, снимавший подводную часть, чудом заметил явно судорожные движения Коренева (хотя под водой без маски ничего не видно). Он мгновенно все понял, бросил камеру, поплыл на помощь и вытащил едва живого актера на борт.
Анастасия Вертинская, отказывавшаяся от посторонней помощи наотрез, поскольку ей не нравилась фигура дублерши, сама выполняла опасные трюки.
В 16 лет, обладая очень сильным характером и смелостью, она едва не погибла, не рассчитав силы во время сцены с акулой, когда ей нужно было без чувств опуститься на дно. Актриса выдохлась, проплыв не одну сотню метров, и начала тонуть по-настоящему – аквалангисты едва успели прийти к ней на помощь.
В другой сцене, где Ихтиандра привязали к якорю и бросили за борт, каскадер Рим Стукалов, чемпион СССР по аквалангизму и дублер Коренева, чуть не поплатился жизнью. Акваланг, который он должен был передать Кореневу для вдоха, не сработал на такой глубине. Стукалов сделал глубокий вдох, снял с себя акваланг и отдал его актеру, а сам устремился вверх, несмотря на смертельную опасность кессонной болезни.
Когда он поднялся на поверхность, “у него из ушей хлестала кровь” из-за резкого всплытия под давлением. Коренев же после этого случая и долгого пребывания на глубине сильно заболел, поскольку часто простужался в тонком костюме.
Любовь, что не знает границ и замужества
Романтическая сказка о нереальной любви обернулась вполне реальными страстями на съемочной площадке. Все были уверены, что между Анастасией Вертинской и Владимиром Кореневым что-то происходит, и никто не запрещал им любить. Их трогательные отношения не скрывались – парочка не стесняясь гуляла под ручку, а вечерами сидела на берегу моря, обложившись школьными учебниками, ведь Вертинская была еще школьницей. Коренев даже помогал ей сдавать экзамены.
Однако была одна большая проблема: Владимир Коренев был женат. Всего за месяц до начала съемок он счастливо сочетался браком с выпускницей ГИТИСа Алевтиной Константиновой, но никому на площадке об этом не сообщил, в первую очередь своей прекрасной напарнице.
Читать: Раздавала последние деньги, но сама нуждалась в тепле: невероятная биография Фаины Раневской
О “подозрительных” событиях на съемках Алевтине не без злорадства сообщил Михаил Козаков, который отлучился на несколько дней в Москву по личным делам. Встретившись с ним на улице, Алевтина поняла намек и немедленно вылетела к месту съемок. Холодность мужа неприятно удивила ее – он явно был не рад ее визиту, и выяснилось, что никто на площадке не знал о его жене. Изначально Алевтина решила уйти “с гордо поднятой головой” и засобиралась домой, но осталась в Крыму после разговора с женами Розовского и Чеботарева, что, как оказалось, было очень вовремя.
Она выхаживала мужа после болезней, кормила его и всю группу, поскольку он постоянно терял вес из-за экстремальных нагрузок. Алевтина, будучи умной женщиной, сумела простить мужу “мимолетное увлечение” и сохранить семью. Хотя Коренев еще долго с ней не разговаривал и всегда утверждал, что между ним и Вертинской ничего не было. Алевтина понимала это и сумела какие-то вещи “не замечать”. Вертинская же, узнав о браке Коренева, была возмущена, так как он скрыл это от нее, и теперь в перерывах между сценами с удовольствием принимала ухаживания Михаила Козакова.
Триумф вопреки пророчествам
Фильм “Человек-амфибия” вышел на экраны в январе 1962 года. Критика встретила ленту резко отрицательно, упрекая создателей в дурновкусии и слишком вольной трактовке романа. Появился даже фельетон “Плач по Ихтиандру”, высмеивающий фильм.
Однако зрители приняли и полюбили фильм с первых кадров. На премьере в кинотеатре “Россия” публика выдавила огромные стеклянные витрины и стояла в проходах. Актерский ансамбль “попал в самое сердце” зрителя, предложив красоту, любовь и злодейство. Сенсацией стала и песня “Про моряка” в совершенно не советском стиле буги-вуги, написанная молодым композитором Андреем Петровым. Ее исполнили с таким очевидным намеком на стриптиз, что цензоры потребовали сократить сцену и текст до минимума, но уже на следующий день “в этом ритме отплясывала вся страна”.
На фестивале фантастических фильмов в Италии “Человек-амфибия” получил второй приз – “Серебряный парус”. В Америке, будущие мастера кино, такие как Джордж Лукас, изучали этот фильм, как прорыв в условиях докомпьютерной графики, черпая лучшее из мирового опыта. После выхода фильма Владимир Коренев и Анастасия Вертинская мгновенно стали звездами. Толпы поклонниц караулили Коренева у театра после каждого спектакля и расписали признаниями в любви весь подъезд дома, где жил актер.
Для семьи Кореневых фильм стал настоящей проверкой на прочность, которую они с честью прошли, сумев сохранить свой брак. А для миллионов зрителей “Человек-амфибия” навсегда остался одной из самых прекрасных историй о несбыточном счастье, сгинувшем в морской пучине.
Создание “Человека-амфибии” можно сравнить с постройкой невиданного корабля во время шторма, где команда, не умея плавать, строила его прямо в бурлящем океане, сталкиваясь со всеми опасностями, но ведомая лишь верой в свою мечту, чтобы в итоге привезти сокровище, которое покорило весь мир.
Читать: Как фильм «Маленькая Вера» шокировал страну и стал символом эпохи развала СССР
