Фильм Леонида Быкова “В бой идут одни “старики” — это не просто кино, это настоящая легенда, одна из самых любимых картин о войне в нашей стране.
Однако путь к экранам этой пронзительной истории о поющей эскадрилье был тернист и полон драматических событий, порой не менее напряженных, чем те, что разворачивались на фронте. Режиссеру Леониду Быкову пришлось сражаться за свой главный фильм не только на экране, но и в жизни.
Маэстро и его мечта о небе
Для Леонида Быкова история о поющей эскадрилье была особенной, очень личной. С детства он мечтал о небе, даже пытался поступить в летное училище, приписав себе пару лет, но не прошел по росту.
В 16 лет он увидел на сцене Героя Советского Союза Виталия Попкова, летчика-аса, который был всего на 6 лет старше, но выглядел настоящим покорителем неба. Знаменитая эскадрилья Попкова часто давала концерты на освобожденных территориях, и в 1944 году они выступали в клубе Краматорска, где в хоре пел и будущий режиссер. Эта встреча, эта “внутренняя песня мечты” глубоко запала в душу Быкова, и он не расставался с ней. После войны Быков разыскал Попкова и долго и подробно расспрашивал о жизни поющей эскадрильи. Сценарий к фильму был основан на реальных событиях 1943 года и воспоминаниях фронтовиков, в том числе о легендарном летчике Виталии Попкове, который служил в знаменитой эскадрилье под руководством Василия Сталина и у них действительно был хор.
Закулисные “бои”: сценарий и чиновники
Первоначально историю о поющей эскадрилье назвали “клоунадой”, а сценарий зарубили.
В Министерстве культуры Украины картину посчитали “дешевым импортом”. Быкову долгое время не давали работу, ожидая от него повторения успеха “Максима Перепелицы”, но он считал этот этап пройденным. Несмотря на сопротивление чиновников, Быков не привык отступать. Он знал, что это главное дело его жизни, и при любой удобной возможности зачитывал отрывки из “Стариков” перед публикой, среди которой было немало фронтовиков. Эти ветераны стали писать письма, и под нажимом общественности добро на съемки все же дали. Правда, бюджет на фильм выделили минимальный, чиновники не верили в успех.
Поиск “желторотиков”: кастинг с сердечным приступом
Одним из первых испытаний стало утверждение Алексея Смирнова на роль боевого механика Макарыча.
Наверху категорически отказывались его утверждать, называя “шутом” и “комиком”, который играл “Кубика”. Однако Быков давно дружил со Смирновым и знал, что актер прошел всю войну, сражался на передовой и в тылу врага, но никогда не кичился подвигами и боевые награды надевал нечасто. На съемках финальной сцены на могиле погибших летчиков, где Макарыч просто сидит, Алексей Смирнов, долго настраиваясь, вдруг заплакал. Быков не остановил съемку, понимая, что это “не сыгранное, не актерское, настоящее”. В этот момент Смирнову стало плохо, его сердце не выдержало, и он побледнел, обмяк, начал заваливаться набок. Пока актер лежал в больнице, Быков категорически заявлял, что откажется снимать фильм, если в нем не будет Смирнова.
Когда Смирнов подлечился и приехал, он отказался переснимать эпизод, сказав, что если они будут снимать его еще раз, он точно умрет, и Быков оставил этот дубль как есть.
Для остальных ролей Быков собирал свою эскадрилью в основном из только что окончивших театральные училища выпускников.
На роль Кузнечика режиссер предложил Владимира Конкина, случайно столкнувшись с ним в коридоре киностудии. Конкин “взахлеб прочитал сценарий и влюбился” в Кузнечика, но отказался от роли, поскольку его ждал другой легендарный герой — Павлик Корчагин. В итоге Кузнечиком стал начинающий актер Сергей Иванов, покоривший Быкова “сочетанием наивного взгляда и дерзкого характера”.
“Смуглянку” должен был сыграть Анатолий Матешко, который идеально смотрелся в кадре, но спустя пару дней неожиданно исчез со съемочной площадки, поскольку студия затребовала его на другой проект.
Быков нашел замену, остановившись на 19-летнем Сергее Подгорном, студенте киевского театрального вуза, которого привез помощник режиссера.
Читать: Георгий Вицин: тайны великого актера, который не хотел быть звездой
У романтичного героя по прозвищу Ромео тоже был реальный прототип — узбекский летчик, погибший в бою. Подходящего актера, Рустама, нашли в Ташкенте, но его пришлось “буквально выпрашивать” у узбекского режиссера, снимавшего молодого артиста в другом фильме. Ему поставили жесткое условие: он не мог стричься, поэтому в кадре приходилось надевать шлемофон. Леонид Быков хотел, чтобы актеры говорили в фильме на своем родном языке, и специально придумывал подходящие сцены, любил импровизацию.
Для Евгении Симоновой, которой едва исполнилось 18, это был дебют в кино, и она боялась всего: рева самолетов, команды режиссера “Мотор!”.
Песня души и самолёты из ниоткуда
Песню “Смуглянка” Леонид Быков услышал случайно, еще юношей, в поезде от летчиков, ехавших на могилы своих погибших товарищей в Молдавию. Эта песня настолько запала режиссеру в душу, что он твердо решил сделать ее главной музыкальной темой фильма о войне, который он когда-нибудь обязательно снимет.
Однако, помимо сценария и актеров, возникла казалось бы неразрешимая проблема: где раздобыть военные самолеты?. Выяснилось, что спустя 30 лет после войны не сохранилось ни одного Як-9, на котором в основном и совершали свои знаменитые вылеты летчики этой эскадрильи.
Режиссер был на грани отчаяния, обзвонил все военные базы страны, но везде получил отказ. Оставался последний шанс: Быков связался напрямую с Маршалом авиации, трижды Героем Советского Союза Александром Ивановичем Покрышкиным, который в тот момент возглавлял ДОСААФ. Покрышкин сначала тоже отнесся к идее Быкова снимать такой фильм с недоверием, поскольку было много проходных фильмов о войне, не вызывающих эмоций. Режиссер просто положил сценарий на стол и вышел из кабинета. Спустя всего сутки Покрышкин позвонил ему сам, сказал всего три слова: “Так все и было”, и выделил сразу 5 военных самолетов — тренировочные Як-18 и чехословацкий Z-326.
Маэстро в кадре и за кадром: риски и озарения
Быков выкладывался на площадке по максимуму и все трюки старался делать сам.
Поднимать самолеты в воздух ему не давали, но запускать двигатели и рулить по аэродрому у него получалось вполне профессионально. Один из таких эпизодов мог стоить Быкову жизни: маэстро мчался по полю на огромной скорости, когда шасси угодило в яму, самолет клюнул носом, и режиссер сильно ударился головой о лобовое стекло. Многие проблемы, такие как нехватка топлива или срывы сцен из-за неподготовленной массовки, Быков скрывал от съемочной группы и решал сам ценой огромного нервного напряжения. Помощь оказывали военные летчики, которые буквально спасали фильм, доставляли горючее и осматривали машины.
Многие эпизоды и знаменитые цитаты рождались прямо на съемочной площадке. Быков наблюдал за своими “желторотиками” и записывал их случайные реплики и шутки в блокнот. Он сам был и “Ромео”, и “Кузнечиком”, и “Титаренко”, и всеми остальными.
Кузнечик Сергей Иванов, заводила и весельчак, сам того не подозревая, стал практически соавтором фильма. Например, в одном из эпизодов Кузнечик жует яблоко не потому, что проголодался, а потому что накануне у него сильно разболелся зуб, и съемку решили не отменять.
Читать: История фильма “Мимино”: как “безнадежная затея” стала легендарной комедией
Триумф “стариков”: от полки до сердец миллионов
Фильм “В бой идут одни “старики” был снят в рекордно короткие сроки, всего за год. 27 декабря 1973 года ленту показали в Госкино Украины. На просмотр пригласили и Александра Покрышкина, который помог Быкову с самолетами. История о молодых героях, отдавших жизнь за Родину, потрясла его до слез. Когда фильм закончился, зал аплодировал стоя, а ветераны обнимали Быкова как своего, как летчика.
Этот фильм по праву можно назвать народным, потому что в нем нет ненужного пафоса, он живой и честный.
Однако в Министерстве культуры решили попросту отправить картину на полку. На этот раз режиссер сражался за свою историю не один. Прославленный летчик, генерал-лейтенант авиации Виталий Попков, который узнал в Маэстро самого себя, прилетел в Киев. Он взял Быкова и отправился к чиновнику из министерства, который заявил, что “такого не было” на войне, ведь он “не воевал”. Тогда Попков рассказал, как он летал на самолете, купленном на деньги джазового оркестра Утесова, как сам Леонид Осипович с музыкантами приезжали к ним на аэродром, и о том, как они вместе пели и танцевали, и как именно эти минуты дарили фронтовикам надежду и веру в победу. Чиновник сдался.
Фильм “В бой идут одни “старики” вышел на большой экран, собрал за три месяца проката более 44 миллионов зрителей и стал настоящим событием в истории нашего кино.
Фронтовики называли “Стариков” самым сильным и честным фильмом о войне и поздравляли Быкова с успехом. Эта картина стала не просто фильмом, а частью души народа, памятью о тех, кто отдал свои жизни за победу.
Читать: Андрей Миронов: последние дни, многолетняя борьба и скандальное прощание с артистом
