Её образ был буквально соткан из противоречий, а судьба оставалась загадкой даже для самых близких людей. Эксцентричная, напористая и властная на экране, в жизни она была скромной, ранимой и интеллигентной. Евгения Никандровна Ханаева умела удивлять и интриговать, обладая при этом жёстким характером, но в то же время была очень нежным и открытым человеком, который “очень боялся, чтобы его не я был потрясён”.
Она была не классической красавицей, но производила впечатление, ведя себя “как первая красавица”. Коллеги называли её “актрисой-одиночкой”, “белой вороной”, “аристократкой”, сплетничали и побаивались её, но она оставалась безразличной к разговорам за спиной, даже отстранённой. За её очаровательной открытой улыбкой нарочито скрывались настоящие чувства — боль, радость, раскаяние и любовь, пришедшие так поздно.
Загадка за очаровательной улыбкой
Евгения Ханаева родилась в обеспеченной семье: её отец, Никандр Ханаев, был тенором Большого театра и любимцем Сталина, что обеспечивало им жизнь в достатке, включая автомобили с водителем и квартиру в знаменитой высотке на площади Восстания.
Однако сама Евгения была скромной и старалась не выпячивать своё происхождение.
Родители видели её юристом, но она пошла наперекор всем, включая себя, поступив в Школу-студию МХАТ в 1943 году. Она училась у великих отцов-основателей МХАТа — Москвина, Качалова, Книппер-Чеховой. Несмотря на то что педагоги безапелляционно заявляли, что “с твоей внешностью на героинь можешь не рассчитывать”, и она сама не отправляла свои фотографии на киностудии, Евгения Ханаева оказалась единственной со всего курса, кто получил престижную премию имени Чехова за роли в студийных спектаклях.
В театре её долгое время не ценили по достоинству. Премьер почти не было, а Ханаевой, как говорили, “обойдется, у неё богатая семья”, когда остальной труппе прибавляли зарплату. Длительные паузы сменялись эпизодическими ролями.
Её отстранённость и интеллигентность часто воспринимались как высокомерие, но на самом деле ей просто не с кем было поговорить, и она не любила дружеские посиделки. Она никогда не лезла в дрязги или коалиции, тихо и спокойно занимаясь своим делом, и делала это “отменно, гениально”.
Путь аристократки к народной славе
Всё резко изменилось с приходом во МХАТ Олега Ефремова. Он искал новые лица, харизму и талант, не покрытые глянцем и пылью, и нашёл это в Евгении Ханаевой, которая была “непохожа на типичных красавиц из старой плеяды мхатовцев”. Ефремов дал ей зелёный свет, и новая звезда МХАТа заблистала.
Переломным для Ханаевой стал 1972 год, когда она впервые появилась на киноэкране не в эпизоде, а в характерном образе экономки Эльзы Ивановны в фильме Ильи Авербаха «Монолог». Однако на пик популярности она неожиданно вышла в 56 лет. Двери известных на весь Советский Союз киностудий вдруг распахнулись для неё.
Её визитной карточкой стала роль учительницы Марии Васильевны Девятовой в «Розыгрыше». Эта мудрая и справедливая женщина полюбилась миллионам зрителей, и сотни тысяч писем приходили ей на киностудию и в театр. Впоследствии её приглашали на все съезды учителей на протяжении десяти лет. Евгения Ханаева не сходила с экрана, снимаясь в таких картинах, как:
“По семейным обстоятельствам”, где она гениально сыграла очаровательную Изольду Тихоновну. Сцена с логопедом стала культовой, несмотря на трудности съёмок из-за смеха актёров. “Старый Новый год”, “Москва слезам не верит”, “Блондинка за углом”, “Странные взрослые” и “Жизнь и смерть Фердинанда Люса”.
На экране она часто воплощала свою полную противоположность – женщину резкую, эксцентричную, не терпящую возражений. При этом Евгения Никандровна была невероятно пунктуальна, знала текст на зубок и была подготовлена на сто процентов. Оператор “По семейным обстоятельствам” Анатолий Мукасей всегда ставил её в пример коллегам. Она могла петь и играть на пианино, унаследовав прекрасный голос от отца, но делала это крайне редко.
Несыгранная роль любви
Личная жизнь Евгении Ханаевой была полна драматизма.
В 1967 году она решилась на отчаянный шаг, в одночасье собрав вещи и уйдя от мужа Анатолия Успенского и сына-подростка Владимира. Сын много лет не мог понять, куда и зачем ушла его мама, и она никогда не объясняла ему причин. Роль любящей жены и заботливой мамы для неё “так и осталась не сыгранной”.
Читать: Как фильм «Маленькая Вера» шокировал страну и стал символом эпохи развала СССР
Любовь, которая определила её жизнь, пришла к актрисе, когда она разменяла пятый десяток. Она сблизилась с партнёром по сцене Львом Ивановым. Он “глубоко и сильно любил” её. Их отношения были открытыми и невероятно красивыми. Она расцвела, похорошела и, казалось, была счастлива. Наконец, появился мужчина, с которым хотелось провести всю оставшуюся жизнь.
Однако счастье было омрачено: Лев Иванов был несвободен и не смог уйти от неизлечимо больной жены. Несмотря ни на что, Евгения Ханаева пронесла эту любовь до конца своих дней. Их отношения, общение, их поведение – все было на виду: они держались за руки, гуляли по улицам и музеям, не могли насладиться друг другом. Это были “нормальные люди”, хотя и казались странными на фоне того “беснования”, что происходило вокруг Евгении Никандровны в театре.
В закулисье МХАТа ходили сплетни, что Иванов ухаживал за Ханаевой только ради ролей, так как она была звездой, а он – актёром второго плана. Но пара не скрывала чувств и ничего никому не доказывала.
Трагедия в личной жизни отразилась на её сыне: Володя вырос и решил, что свою любовь он потратит на тех, кто “по своей природе предан и никогда не бросит”, что проявилось в его глубокой любви к собакам. Ханаева наблюдала за сыном со стороны, узнавая о его жизни через своих родителей, а потом через знакомых, но никогда не звонила ему. Спустя 19 лет, в 1987 году, она сама позвонила сыну, и он приехал.
Евгения Никандровна обладала отменным вкусом и могла позволить себе многое: её квартира напоминала музей с картинами Поленова, Шишкина, старинным фарфором и коллекционными часами.
Она ни в чём себе не отказывала, приобретая дорогую одежду и французские духи. У неё была страсть к автомобилям, и она была одной из немногих женщин-водителей в СССР, ведя машину бойко и уверенно. Вождение помогало ей забывать о неурядицах и бесконечном одиночестве.
Невидимая битва и прощание со сценой
Именно любовь к вождению стала для актрисы роковой. Однажды перед ней резко остановилась машина. Ханаева тоже резко ударила по тормозам, голова откинулась назад, и раздался хруст.
Боль пронзила шею — “жуткая, просто нестерпимая”. Эта боль прошла через пару дней, но затем снова появилась через два-три месяца и больше не проходила никогда. Диагноз врачей – смещение позвонка.
Читать: Раздавала последние деньги, но сама нуждалась в тепле: невероятная биография Фаины Раневской
Евгения Ханаева жила каждый день с бесконечной, ноющей болью и боролась с ней, перепробовав иглоукалывание, массаж, травы, заговоры и экстрасенсов. Однако никто поначалу даже не догадывался, что на сцену выходит человек, переполненный физическими и душевными страданиями.
В последние годы Ханаева была по-прежнему востребована, много снималась в кино и играла в театре. Но только близкие знали, какой ценой ей давались репетиции и съёмки.
Евгения Никандровна сдавала на глазах, у неё болели почки и печень. В 1987 году её любимый МХАТ раскололся на две труппы. Ханаева, не произнеся ни слова, тихо и молча пошла за Ефремовым, которого боготворила как режиссёра.
Боль мучила постоянно и вскоре стала невыносимой, мешая не только играть, но и трезво мыслить. Актриса приняла решение об операции и подошла к ней с улыбкой, будучи уверенной, что всё лучшее ещё впереди.
Операцию сделали, но в сознание актриса так и не пришла. Несколько недель врачи пытались привести её в чувство. Именно в это время ей присвоили звание Народной артистки СССР, но об этом она уже не узнала. Она не узнала и о том, что её любимый театр окончательно раскололся, и что её любимый мужчина, Лев Васильевич Иванов, так и не оправится от боли утраты и уйдёт из жизни через три года после неё.
Евгения Ханаева снималась в кино чуть больше двадцати лет – “это ничтожно мало для актрисы, которая могла сыграть любую роль в любом жанре”. Но даже за столь незначительный срок она стала одной из самых любимых актрис советского кино и остаётся ею по сей день. Любимая миллионами, она так и не стала единственной ни для одного из тех, кого любила. Ведь “всё самое главное в её жизни произошло так несправедливо поздно”.
Жизнь Евгении Ханаевой можно сравнить с драгоценным камнем, который долгое время оставался скрытым в толще породы, а когда наконец был обнаружен и начал раскрывать свою истинную красоту, его сияние оказалось слишком ярким и мимолетным, оставляя после себя лишь отблески былого величия и невысказанных историй.
Читать: Как фильм «Человек-амфибия» стал сенсацией: подводные съёмки, опасные трюки и рождение легенд старого кино
