Зиновий Гердт – имя, которое вызывает улыбку и тепло в сердцах миллионов. Он был одним из самых любимых актеров своей страны. Однако за обаянием комика скрывалась глубокая, многогранная личность, чья жизнь была наполнена драматизмом и борьбой.
Сам он часто повторял: “Я вовсе не комик”. И действительно, диапазон его дарования был намного шире.
От театральных мечтаний до фронтовых полей
С юных лет Зиновий Гердт мечтал служить в театре, неважно кем – актером, музыкантом или осветителем. В знаменитой студии Арбузова и Плучека, которую друзья ласково называли «Зямой», он выступал в разных амплуа, сам писал роли, играл на сцене и даже мастерил прожектор из банок леденцов.
Начавшаяся война изменила всё. Из 46 участников студии десять человек, включая девять мужчин и одну девушку, отправились на фронт. Младший лейтенант-сапер Зиновий Гердт, спешно окончивший военно-инженерное училище, был направлен под Воронеж. Год он сражался на передовой, а в феврале 1943 года получил тяжелейшее ранение. Хрупкая медсестра Верочка Веденина вытащила его еле живого с поля боя. Врачи долго боролись за его жизнь, и чудом им удалось спасти его ногу, хотя и после этого нога Гердта не сгибалась.
За ширмой и за кадром: феномен голоса
День Победы, 9 мая 1945 года, стал для него днём гигантского преображения: маленький, худенький, бледный человек на двух костылях вдруг отбросил их, проскакал на одной ноге к столу, взял бокал и воскликнул: “Ура, ребята! Больше с нами ничего не сделают!”.
Единственным местом, где Гердт мог укрыться от сочувственных взглядов, оказалась сцена Театра кукол Сергея Образцова, куда он пришёл в 1945 году. За ширмой не было видно, хромает актер или нет. Очень скоро Гердт стал ведущим актером театра. Его знаменитый конферансье Аркадий Пломбов из «Необыкновенного концерта» покорил зрителей по всему миру. В каждой стране Гердт смешил людей на их родном языке, обсуждая последние новости и публикации местной прессы, благодаря своей феноменальной памяти и артистизму. Зрители верили, будто он действительно знает почти все языки мира.
Прорыв из-за ширмы случился случайно, когда ему предложили озвучить новую французскую картину «Фанфан-тюльпан». Режиссер поставил задачу: “Только обязательно в манере вашего чёрта”, ссылаясь на популярный тогда спектакль “Чёртова Мельница”. Гердт удивился, но за работу взялся. Это был его первый шаг в кино, о котором он раньше и не мечтал, будучи уверенным, что хромые актеры никому не нужны. Его интонация, сочетавшая чувство вкуса и меры, была неподражаемой. Впоследствии он виртуозно озвучивал фильмы и часто сам писал закадровый текст.
Роль, которую он не любил, и главная, которую ему не хотели давать
Роль Паниковского в фильме Михаила Швейцера «Золотой телёнок» принесла Зиновию Гердту всесоюзную славу.
Парадоксально, но сам он её не любил и часто повторял: “Я не комик”. Режиссер Швейцер сначала показал ему пробы Ролана Быкова на эту роль, а затем попросил Гердта подыграть актеру, пробовавшемуся на роль Шуры Балаганова. На следующий день Гердту позвонили и сообщили, что он будет играть Паниковского.
В 1967 году Гердту наконец-то предложили главную роль в картине Петра Тодоровского «Фокусник».Изначально на роль иллюзиониста Кукушкина планировался Евгений Леонов, но, познакомившись с Гердтом, Тодоровский изменил свое решение. Приглашение Гердта на главную роль было рискованным поступком, так как “многим наверху не нравилось, что главного героя играет еврей”.
Настоящее имя Зиновия Гердта – Залман Храпинович; псевдоним ему придумали ещё в арбузовской студии. Петр Тодоровский мужественно настоял: “Или будет Гердт, или я не буду это делать”. Это привело к созданию замечательного, тонкого фильма.
Читать: “Тот самый Мюнхгаузен”: Почему роль Барона чуть не отдали другому и еще интересные истории со съёмок
Человек-праздник: друг, собеседник, философ
В Зиновии Гердте удивительно уживались детские качества: любопытство, жизнелюбие, умение восторгаться и неподдельный искренний интерес к людям. Дом Гердта всегда был полон гостей: режиссеры, врачи, ученые, поэты, музыканты, актеры и просто хорошие люди – всем здесь были рады.
Он легко увлекался и знакомился с новыми людьми, хотя и обладал внутренним “цензом на порядочность”, внимательно следя за этим качеством в окружающих.
Зяма был верен дружбе даже в самые тяжелые моменты своей жизни. Он всегда радовался чужому успеху, что не так часто встречается среди актеров. Он называл себя “зрителем международного класса”, ценил хороший юмор и незамедлительно откликался на любую удачную шутку.
Несмотря на то, что Гердт был “отнюдь не красивым мужчиной”, он, пожалуй, пользовался самым большим успехом у женщин среди всех знакомых.
Его брак с Таней стал абсолютно новым этапом в его жизни, и когда его спросили, надолго ли это, он ответил: “Навсегда”. Он также усыновил её двухлетнюю дочь Катю.
Испытания и последняя гастроль
Трудности сопровождали Зиновия Гердта довольно долго, но всё, что он заработал – не только материально, но и нравственно – было абсолютно его заслугой. Он ни разу не опоздал на спектакль. Однако его график в 60-е годы был расписан на месяцы вперёд: театр, кино, записи на телевидении, ведение популярной программы «Кинопанорама». Работа на пределе человеческих возможностей привела к тому, что во время съёмок в Ленинграде его сердце не выдержало перегрузок.
В начале 80-х годов отношения Гердта с основателем Театра кукол Сергеем Образцовым стали напряжёнными. Образцов, как “хозяин”, не терпел конкуренции. А Гердт был харизматичен, любим публикой, всегда вступался за актёров и требовал справедливости, будучи по натуре демократом. В 1982 году в Министерстве культуры Образцов публично выдвинул ультиматум: “Или Гердт, или я”. Гердт тут же написал заявление об уходе, не став обсуждать ситуацию ни с кем, просто сказав: “У нас разные отношения к художественному и к людям”. Он стал свободным художником, вышел на “человеческую сцену” и сделал много прекрасных работ в кино.
В последние месяцы жизни родным удалось купить для него автомобиль с автоматической коробкой передач, о котором он мечтал из-за своей травмированной ноги. Он очень радовался этому, потому что ему не нужно было нажимать на тормоз на подъёме.
Читать: От Остапа Бендера до дяди Мити: путь Сергея Юрского актера, режиссёра и философа
В 1996 году, уже будучи тяжелобольным, он снялся в фильме “Война окончена. Забудьте”, сценарий к которому написал его друг, драматург Галина Шергова. Вскоре после этого он дал своё последнее интервью для телевизионной программы, которое было очень откровенным и глубоким. Он пришёл на него одетым с иголочки, в костюме и бабочке, и даже подарил свой галстук интервьюеру.
21 сентября 1996 года отметили 80-летие Зиновия Гердта. Ему вручили орден “За заслуги перед Отечеством” третьей степени, на что он иронично заметил: “то ли Отечество степени, то ли заслуги”. Позже состоялся его бенефис в Молодежном театре. Зал затаил дыхание, когда он говорил, и после тяжёлой паузы, когда он повернулся и упал в объятия к своей Тане, зал взорвался аплодисментами.
Наследие Зямы
В год 95-летия со дня рождения Зиновия Гердта на его родине в Себеже решили поставить памятник.
Выбранный вариант памятника, изображающий Гердта задумчивым и даже печальным, был признан очень точным, так как глубокий драматизм и личная боль были свойственны даже его комедийным образам. Зиновий Гердт оставил после себя не только богатое творческое наследие, но и образ человека с огромным сердцем, который, несмотря на все испытания, умел ценить жизнь, дружбу и смех.
Читать: Кто мог сыграть Остапа Бендера, почему вырезали сцену с Папановым: что осталось за кадром фильма «Золотой телёнок»
