Театр “Ленком” всегда был домом для великих артистов, но за его стенами, кажется, завис злой рок, унесший целую плеяду блистательных имен. Николай Караченцов, чья энергия и талант поражали современников, стал одной из самых ярких, но и самых трагических фигур в этой череде потерь.
Его жизнь — это история невероятного взлета, всенародной любви, личных драм и мужественной борьбы с тяжелейшей болезнью.
Начало пути: от голода к славе
Николай Караченцов, казалось, был рожден для сцены. Его мать, Нина Брунова, была выдающимся балетмейстером, окончившей знаменитое Вагановское училище. Однако она, видя талант в сыне, настояла, чтобы он занимался спортом. Коля очень хотел на сцену, и из интерната, где он жил в старших классах и скучал по маме, отправился поступать в Школу-студию МХАТ.
Приемную комиссию он не впечатлил, но был принят. В те годы он часто покупал мороженое, потому что был голоден, иногда по две порции.
Караченцов с отличием окончил Школу-студию МХАТ и вместе с девятью однокурсниками пришел в Театр имени Ленинского комсомола, позднее известный как “Ленком”. Это было трудное время: только что со скандалом был уволен Анатолий Эфрос, не сумевший сладить с “истеричной и обидчивой труппой”. В коллективе царил раздор, и Караченцов долго оставался на вторых и третьих ролях. Кинорежиссеры его не замечали, после проб говорили: “этот актер никуда не годится”.
Все изменилось с приходом Марка Захарова. Этот режиссер, по словам очевидцев, умел “лепить”, “давать настоящий материал” и “видеть, какой материал”.
В 1974 году Захаров подарил Караченцову роль Тиля Уленшпигеля, и успех был грандиозным — о Караченцове заговорила вся театральная Москва. Затем он снялся в фильме “Старший сын”, и это принесло ему всесоюзную известность.
Любовь, трагедии и неукротимый нрав
Личная жизнь Николая Караченцова была столь же насыщенной, сколь и драматичной. До брака с Людмилой Поргиной, он имел “прекрасные взаимоотношения” со Светланой Савёловой, известной актрисой, которую называли “советской Брижит Бардо”. Она уже была известна, а Караченцов только мечтал о ярких ролях. Однако их отношениям помешала мать артиста, которая имела на него огромное влияние. Она рассорила влюбленных, считая, что Савёлова “из очень простой семьи” и “не обеспечена”.
Судьбы Караченцова и Савёловой оказались похожи: Светлана тоже попала в страшную автокатастрофу, после которой её лицо было изуродовано, и она не смогла вернуться к нормальной жизни, впав в депрессию и заглушая боль алкоголем.
Брак с Людмилой Поргиной был для неё третьей попыткой обрести семейное счастье. Она познакомилась с Караченцовым, будучи замужем за каскадером Виктором Карзоном. Людмила рисковала жизнью ради нового чувства, настойчиво убеждала Караченцова пожениться и в итоге отказалась от своей актерской карьеры ради него и их дома. Караченцов жил на “сумасшедших оборотах, без сна и отдыха”, его энергия была безгранична.
У него были сотни настойчивых поклонниц, и он очень переживал, когда одна отвергнутая поэтесса прыгнула с крыши общежития.
Несмотря на это, Поргиной было “непросто”, она научилась “усмирять в себе ревность и не копить обиды”. Ходили сплетни об изменах мужа, особенно серьезным было его увлечение актрисой Ольгой Кабо, которую называли “настоящей красавицей”. Людмила знала об этом, но не угрожала разводом, простив мужа после “тяжелого разговора”. Однако, по утверждениям художницы Екатерины Подколзиной, до первой автокатастрофы Караченцов и Поргина не жили вместе и даже “шли к разводу”, встречаясь только в театре. Караченцов считал себя “по сути свободным человеком”.
В последние годы жизни артиста появилась некая Елена Дмитриева, утверждавшая, что была его любовницей 23 года. Людмила Поргина бурно отреагировала на это, отрицая, что Караченцов мог лгать. Публика в основном встала на сторону Поргиной, осудив Дмитриеву, “вывалившую интимные тайны за крупные гонорары”.
Читать: Что осталось за кадром комедии “Полосатый рейс”: Опасные трюки, истерика Леонова и звонок Хрущёва
Поворот судьбы: автокатастрофа и борьба
Жизнь Николая Караченцова резко изменилась 28 февраля 2005 года, когда он попал в страшную автомобильную аварию. В 1:30 ночи его Volkswagen Passat врезался в столб на Мичуринском проспекте. Актер резко затормозил перед железнодорожным переездом и не справился с управлением. Его доставили в 31-ю городскую клиническую больницу, а затем перевели в НИИ Склифосовского.
У него была тяжелая черепно-мозговая травма, повреждение груди и перелом трех ребер. Он пробыл в реанимации месяц, ему сделали две операции на головном мозге. Когда он пришел в себя, друзья испытали шок: “это был не он, он был смят, высохший, лицо сваренное”.
Людмила Поргина развернула “активную реабилитацию”: каждый день к Караченцову ходили логопеды, массажисты, физиологи. Он не говорил, а “мычал”, его мышцы были атрофированы, его заново учили ходить. Как только он научился относительно твердо стоять на ногах, Поргина начала выводить его в свет: театры, концерты, премьеры. Это вызвало споры в обществе: одни считали, что это правильно, так как публичному человеку нужны аплодисменты и внимание, другие же упрекали Поргину в том, что она “пиарилась на несчастье мужа”.
Мистическим совпадением стало то, что 27 февраля 2017 года, почти день в день через 12 лет после первой аварии, Караченцов вновь попал в ДТП. За рулем была Людмила Поргина, она была в состоянии алкогольного опьянения и выехала на встречную полосу. Джип врезался в “Газель” и перевернулся. Караченцов получил легкое сотрясение мозга. Поргину лишили прав на 18 месяцев и оштрафовали.
Верная спутница или спорная фигура?
Роль Людмилы Поргиной в жизни Николая Караченцова после трагедии 2005 года вызывала полярные мнения. Многие называли ее поведение “многолетним подвигом”, утверждая, что она “поставила мужа на ноги”, “учила чувствовать себя человеком”, “дала ему веру в то, что он будет жить и нужен людям”. Для нее “мир перестал существовать”, только Коленька и его здоровье. Она постоянно возила его по лучшим клиникам и санаториям Израиля и Германии, и её “сумасшедшая энергия” открывала любые двери. Даже когда Караченцов не мог стоять и дышал через аппарат, он хотел венчаться.
Однако, были и те, кто резко критиковал Людмилу. Они задавались вопросом, “где была эта Поргина до трагедии со звездным супругом”, утверждая, что “никто ее не знал”, а тут она стала “звездой новостей и ток-шоу”, “пиарилась на несчастье мужа”. Ее называли “недоигравшей актрисой”, которая “доигрывала в ток-шоу”, появляясь на публике “вся в брильянтах”. Общественное порицание она испытала и после смерти Караченцова: в тот же день, 26 октября 2018 года, она пришла на запись телепрограммы, что многим показалось “странным”. Поминки артиста в интернете окрестили “веселыми похоронами”, так как Поргина предложила открыть шампанское и “не плакать”, а “выпить за Колю”, как он любил, чтобы было весело. В последние годы жизни Караченцов стал “истинно верующим человеком”, и к этому, как утверждается, его тоже привела Людмила.
Роковой театр: проклятие Ленкома
Трагедия Николая Караченцова стала частью череды страшных потерь, обрушившихся на “Ленком”. Все началось 1 февраля 1994 года с уходом из жизни Евгения Леонова, который был “любовью всей страны”. Эта смерть, случившаяся от оторвавшегося тромба, стала “первыми похоронами в театре Ленком”.
Тогда же заговорили, что “над театром завис злой рок”, и “Ленком” стали называть “великим театром, в котором умирают актеры”.
Череда потерь продолжилась:
В 2000 году в возрасте 60 лет не стало Григория Горина, автора всех легендарных пьес “Ленкома” и близкого друга Марка Захарова, скончавшегося скоропостижно от сердечного приступа. Захаров и Горин были “опорами”, на которых “эмоционально держался” театр.
В 2008 году “сгорел” Александр Абдулов, к которому Марк Захаров испытывал “отеческое чувство”. Абдулов “полз еще при жизни”, страдал от “невыносимых мучений” из-за рака легких.
Читать: Комедия «Покровские ворота»: запрет фильма, пьянство, эмиграция и одиночество актёров
Почти сразу вслед за Абдуловым, в 2009 году, скончался Олег Янковский от “поздней стадии рака поджелудочной железы”, также испытавший мучительные боли. Янковский “держал по сути многие спектакли собой”.
В июле 2009 года от той же болезни (рака поджелудочной железы) умер Павел Смеян, а затем ушел Леонид Броневой.
Эти потери “не могли не подействовать на психику” Марка Захарова. Он тяжело переживал их, говоря, что “над нашим театром зашло солнце”. Эти актеры — Абдулов, Янковский, Збруев, Караченцов — “держали весь репертуар”, и публика шла в “Ленком” ради них.
Сам Захаров также потерял в 2014 году свою жену, актрису Нину Лапшинову, которая отказалась от своей карьеры ради него и была ему верна полвека; после ее смерти он “стал совершенно другим человеком”.
Последний аккорд: борьба до конца
Через полгода после второй аварии, в 2017 году, у Николая Караченцова обнаружили неоперабельную опухоль в левом легком. Диагноз был поставлен в Израиле, где он прошел курсы облучения и химиотерапии. Деньги на лечение собирали “всем миром”, но “дорогое лечение не помогло”. Актер и Людмила знали, что “осталось совсем немного”.
В последние дни его жизни, на фоне лечения рака, “один за другим стали отключаться внутренние органы”. Он был без сознания, но иногда приходил в себя, узнавал близких, и даже мог спросить: “а вы не видели мою маму?”. К нему вызвали священника, причастили, а потом читали молитвы об исходе души. Утром 26 октября 2018 года Николая Караченцова не стало. Он умер накануне своего 74-го дня рождения.
Прощание с артистом прошло в “Ленкоме”. Его любили полвека: “энергичного, веселого и героического”. Поклонники занимали очередь задолго до начала панихиды, и люди “плакали”, зная, что последний год он “боролся с неизлечимым недугом”, и “шансов нет”, но “к смерти подготовиться невозможно”.
Гроб с Караченцовым вынесли из “Ленкома” под оглушительные аплодисменты и крики “браво”. Похоронили артиста на Троекуровском кладбище, рядом со многими его звездными коллегами.
Энергия, которая останется с нами
Жизнь Николая Караченцова — это яркое свидетельство того, как неукротимая энергия и жажда жизни могут противостоять самым суровым испытаниям. Он был создан для танцев и хотел стать танцовщиком, обладал “невероятной пластикой”, а его “психофизика была настроена на танцевальный шарлотт”. Эта энергия пронизывала всю его жизнь и творчество, даже в “роковую ночь” аварии он “мчался на дикой скорости”.
Он ушел, чтобы “остаться с нами до тех пор, пока существует все”. Его имя навсегда вписано в историю театра и кино. Но, подобно энергии Караченцова, его великие роли и дух не исчезнут, продолжая жить в памяти поколений.
Читать: Почему Луи де Фюнес толкьо в позднем возрасте стал знаменитым — и чем за это заплатил: неизвестная жизнь актера
